Название: Вечерний моцион
Автор: Иеруа
Персонажи: Хайнэ, Бадоу
Рейтинг: PG-13 (за нецензурную лексику)
Жанр: трэш
Предупреждения: много матов

Всё как всегда, они сидят на асфальте, подпирая спинами глухую ограду, и ждут.
— Последняя, — бормочет Бадоу, сминая пустую пачку. Сигарета в его зубах напоминает Хайнэ подожженный фитиль. Он ждет, пока Бадоу не выдохнет дым в третий раз, а после тушит его двумя пальцами. читать дальше
— Совсем охренел?!
— Придурок, — почти что ласково произносит Хайнэ.
Ответ Бадоу тонет в визге тормозов, как сигаретный дым — в запахе жженой резины.
Заметили трупы, думает он.
— Блядь, ну я ведь просил не оставлять их на подъездной! — упрекает его Бадоу.
Ага, а как же. Сидел в кустах, пока Хайнэ мочил охрану, жевал сигарету и вдохновенно орал: «мать вашу, суки, не здесь!»
— Хотя в таком состоянии ты вряд ли осознаешь, что происходит вокруг, — продолжает сокрушаться Бадоу. — Берсерк, мля.
— Заебал, — выдыхает Хайнэ. С той стороны ограды как раз раздаются шаги.
Стрелять они начинают одновременно, всего через пару секунд вокруг становится не продохнуть от запаха гари и пороха. Грохочут выстрелы, и кто-то надсадно стонет, и пули свистят близко-близко.
Бадоу зло ухмыляется, не переставая стрелять, даже когда кто-то валится ему на грудь. Он продолжает нажимать на спусковые крючки до тех пор, пока не падает последний противник. Хайнэ в его руках нашпигован пулями по самое не балуй — ничего не скажешь, отличный щит получился.
— С-суки, — хрипит Бадоу, отпихивая от себя тело напарника. Тот валится на асфальт, точно мешок, набитый костями и ошметками мышц. — Хочу курить, блядь, Хайнэ, где сигареты?
Хайнэ всегда носит с собой пачку, хоть и не курит сам.
Так, на всякий. Мало ли, когда пригодится.
Бадоу обшаривает его карманы, сдирает с найденной пачки фольгу и нетерпеливо закуривает. Из-под кровавой корочки на его лице проступает блаженство.
— Слышь, Хайнэ, — окликает он. Дым плавает в воздухе рваными клочьями. — Дерьмо, а не сигареты. Какой гондон тебе их продал?
— Эй, Хайнэ, хорош валяться. — Бадоу от души пинает напарника тяжелым ботинком в бок.
Тот не двигается. Лежит у Бадоу в ногах и корчит из себя труп. Ещё б разлагаться начал для полноты картины.
— Слышь, ты, ублюдок! — орет Бадоу, хватая его за плечи, и зачем-то начинает трясти. — А ну-ка вставай! Не то я тебя…
Голова Хайнэ безвольно мотается из стороны в сторону, и вот теперь Бадоу становится по-настоящему страшно.
Сердце Хайнэ не бьется, как бы ты ни вжимался щекой в нафаршированную пулями грудь, и даже кровь как будто вытекла вся на асфальт.
Бадоу всё ещё сжимает открытые плечи Хайнэ — и в этот момент их кожа одинаково белая.
Совсем не различить, где чья.
— Хайнэ, сукин ты сын, — голос Бадоу срывается, он всматривается в расслабленные, неживые черты лица, а через секунду впечатывает в скулу кулак.
Волосы у Хайнэ скользкие, не ухватишься. Бадоу бьет его головой об асфальт, пока они не темнеют от крови, не становятся влажными, липкими и неприятными на ощупь.
Он бьет Хайнэ, пока сам не получает кулаком под дых.
Они месят друг друга с таким упоением, словно ловят от этого кайф. Впрочем, кто сказал, что это не так?
— Блядь, моя голова-а, — стонет Бадоу после того, как Хайнэ в очередной раз прикладывает его башкой о кирпич, — картинка нечеткая, — глупо хихикает он.
А, ну да. В плане выносливости они не на равных.
Хайнэ придерживает напарника за локоть и помогает ему присесть у стены. Сам вкладывает в разбитые губы сигарету, щелкает зажигалкой.
Какое-то время оба молчат. Бадоу не выдерживает первым. Кто б сомневался.
— Я думал, ты наконец-то подох.
— Обрадовался, наверное, — подкалывает его Хайнэ, глядя перед собой.
— Охуеть как обрадовался, — заливисто ржет Бадоу. — Это всегда так?
— Хрен его знает, — Хайнэ поднимается с асфальта и протягивает руку: — Пошли.
Бадоу ощутимо шатает, он то и дело оступается, словно после грандиозной попойки. Хайнэ даже приходится поддерживать его, чтоб не упал.
— Что, пацаны, веселая была гулянка? — кричит им какой-то прохожий.
— Ага, папаня, — вопят они хором — именно так!