"не думай, а делай"
Тяжелая дубовая дверь - странно, в жилом-то доме... Но это последний этаж в довольно высоком строении, хозяин квартиры может позволить себе любые капризы, скажем, камин в гостиной... Так он видимо и поступил - на подходе к дому на крыше был виден дымоход с сизой струёй.
Высокий молодой мужчина, в нерешительности застывший перед дверью, протянул было руку к звонку, но в ту же секунду опустил её обратно. Что за фигня... Когда это Хайне не решался постучать в дверь? Да чаще он её ногой вышибал, а тут... Глупость какая-то.
В груди странное тянущее чувство. Он же столько искал, столько ждал, продумал их встречу до мельчайших деталей... В конце концов он представлял её себе очень долго. Очень.
И вот теперь, когда он наконец нашёл, перепроверил десять раз, угрохал кучу денег и времени (хотя, первое, в общем-то, он никогда особо не ценил), он стоит перед этой чёртовой несчастной дубовой дверью, капая дождевой водой с длинных волос на пол в коридоре этого грёбаного семиэтажного дома, и не может решиться постучать в неё! Да ещё и это странная хрень в груди не даёт покоя...
Хайне страдальчески поморщился, и мотнул головой, убирая мокрую чёлку с глаз. Дурацкий дождь...
"Слишком заморачиваешься. Нужно сделать не думая, просто взять и постучать. Это не сложно - всего лишь мозг отдаёт приказ, мышцы сокращаются, рука поднимается, и несильно бьёт по гладкому дереву. Что за бред..." - устало думает Хайне, и выбрасывая из головы мысли, все, до единой, стучится в тяжёлую дубовую дверь.
"Вот и всё."
Уже слыша лёгкие шаги, Раммштайнер понимает, что тянущая пустота внутри - всего лишь страх.

"от волос"
Дверь беззвучно открывается, Хайне резко вскидывает голову, обдавая стоящего на пороге человека холодными брызгами.
На секунду в единственном глазу Бадоу мелькает удивление, затем он отстраняется вглубь квартиры, пропуская бывшего напарника.
-Ну... Заходи, раз пришёл.
Вот так, всё просто.
Хайне молча кивает, и переступает деревянный порог.
Бадоу разглядывает его, пока Раммштайнер стягивает мокрую куртку и тяжёлые ботинки. Движения альбиноса скованные, неловкие, как будто он стесняется человека, к которому пришёл.
Хайне распрямляется, и его как будто током бьёт - только сейчас он замечает то, на что вначале не обратил внимание. Он подходит к рыжему, неверяще тянется к коротким косым прядям.
Пересохшими губами шепчет:
-Бадоу... Ты... Когда ты подстриг волосы?..
-Непривычно, да? - усмехается Нэйлс - Уже давно, на самом деле. Выпьем?
Сглотнув, Хайне кивает и проходит в гостиную. Улыбается уголками губ. Действительно, камин. С кухни доносится мелодичный звон посуды, и через полминуты Бадоу появляется на пороге комнаты с бутылкой виски и двумя низкими стаканами.
Опускается в кресло, делает приглашающий жест рукой.
Альбинос, помедлив, следует его примеру.
И, наконец, рассматривает Бадоу нормально.
Единственное, наверно, что не изменилось в этом придурке за шесть с половиной лет - это цвет волос. Такой же безумный, солнечный, цвет взбесившегося апельсина. А вот запах поменялся наверное… Раньше волосы табаком пахли – ну, понятно, и шампунем, и ещё пряностями всякими, готовкой потому что занимался. А теперь… А теперь Хайне не знал.
Но вот всё остальное в стриженом идиоте... Он вытянулся вверх, на два с лишним метра, и, кажется, стал ещё худее, хотя куда уж ... Единственный глаз потускнел, уже не такой яркий и на дне плещется глухая усталость. Ну, чёрная повязка на незрячем неизменна.
Стиль одежды другой – официоза больше, спокойствия. Ну вот сейчас например - тёмные коричневые брюки, бежевая рубашка с закатанными рукавами, босые ноги.
И... обручальное кольцо на безымянном пальце.
Негромкий плеск разливаемого виски, стук поставленной бутылки.
Усилием воли оторвав взгляд от тонкой полоски золота на бледном суставе, Хайне потянулся за своим стаканом.
Шуршание разрываемой плёнки, шорох сигаретной пачки.
Такой знакомый, такой... забытый запах табака.
Треск поленьев, жар от огня.
-Бадоу... Что у тебя там случилось, рассказывай, с самого начала.
-Да там много всего случилось, Хайне.
Затяжка, полоска пепла стала длиннее. Альбинос с преувеличенным интересом рассматривал сигарету в тонких пальцах. Раньше Бадоу почти не звал его по имени. Хотя... почти семь лет, чему удивляться.
-Никуда не спешу, я весь внимание.